Французская революция разрушила прежнюю систему международных договоров: революционеры отказались признавать обязательства «королей» и провозгласили «народный суверенитет» основой внешней политики. Аннексия Авиньона (1791) стала первым применением «права сильного». Первая антифранцузская коалиция (с 1792) потерпела поражение из-за разобщённости; к 1795 г. Пруссия, Голландия и Испания заключили мир. Молодой генерал Наполеон Бонапарт блестяще завоевал Северную Италию (1796—1797). Вторая коалиция с участием России и Суворова также распалась из-за несогласованности союзников, и Бонапарт вернулся из Египта, чтобы «спасать республику».
Поначалу европейские монархии спокойно отнеслись к Французской революции: ослабленная внутренними беспорядками Франция, казалось, выбывала из большой политики. Однако осенью 1790 г. Учредительное собрание объявило, что более не признаёт ранее заключённые международные договоры как «плод заблуждений королей». Вместо них провозглашался принцип «народного суверенитета»: если «представители народа» какой-либо территории обратятся к Франции с просьбой о присоединении — их «волю» следует уважить.
На деле это означало «право сильного». В 1791 г. революционные активисты Авиньона (папской территории, окружённой французскими землями) проголосовали за присоединение к Франции, и Учредительное собрание поддержало их — вопреки протестам большинства жителей. Так произошла первая аннексия — насильственное присоединение чужой территории под прикрытием революционных лозунгов. В декабре 1792 г. Конвент постановил создавать на «освобождённых» землях «братские» правительства, чья главная задача — передавать ресурсы Франции; тех, кто откажется от «освобождения», объявляли врагами французской нации.
20 апреля 1792 г. Законодательное собрание объявило войну Австрии. После казни Людовика XVI и аннексий Бельгии, Ниццы и Савойи против Франции сложилась Первая антифранцузская коалиция (Австрия, Пруссия, Великобритания, Голландия, Испания, Пьемонт). Франция воевала в одиночку. Главным козырем республиканской армии стала массовость: народные призывы дали ей численное превосходство над профессиональными армиями противника. Солдаты были воодушевлены идеей принадлежности к «Великой нации».
Слабостью коалиции была разобщённость: каждая держава думала о собственной выгоде. Великобритания захватывала французские колонии, Пруссия вела себя пассивно. К концу 1793 г. французские войска вытеснили интервентов за пределы страны, а в 1794 г. перенесли боевые действия на чужую территорию. С 1795 г. коалицию стали покидать её члены: мир с Францией заключили Пруссия, Голландия и Испания. Оккупированные Францией народы в большинстве своём враждебно встречали «освободителей»: в Бельгии, Пьемонте, Голландии вспыхивали восстания.
В 1796 г. командующим французской армии на итальянском направлении был назначен молодой генерал Наполеон Бонапарт. Он быстро навёл дисциплину, воодушевил солдат и стремительно вторгся на Апеннины. В серии блестящих манёвренных сражений он разгромил австрийские и пьемонтские войска. Оккупированные итальянские города облагались контрибуциями — принудительными выплатами. Во Францию потоком шли золото и произведения искусства: сегодня они составляют гордость коллекции Лувра.
Как и повсюду, поклонники французских идей — немногочисленные городские интеллектуалы и часть аристократов — приветствовали французскую армию. Из них Бонапарт создавал марионеточные республики для выкачивания ресурсов. Основная же масса населения встречала оккупантов враждебно. Против французов воевали до 300 тыс. крестьян-партизан. В 1797 г. Наполеон занял Венецию, тысячелетняя Венецианская республика прекратила существование и по мирному договору отошла к Австрии. Первая антифранцузская коалиция была разгромлена.
После разгрома Первой коалиции единственным противником Франции оставалась Великобритания. Для высадки на Британские острова флота не хватало, и в 1798 г. Бонапарт отправился завоёвывать Египет — чтобы угрожать оттуда британским владениям в Индии. Египет принадлежал Османской империи — давнему союзнику Франции. Бонапарт быстро занял страну, но английский адмирал Нельсон уничтожил французский флот при Абукире, отрезав армию от метрополии. Французы грабили Египет, применяли пытки, торговали рабами — всё это было запрещено у них на родине. Местное население три года вело против оккупантов народную войну.
Возмущённая вероломством, Османская империя заключила союз с Великобританией и Россией. Сложилась Вторая антифранцузская коалиция (Австрия, Россия, Великобритания, Турция, Неаполь). В 1799 г. русская эскадра адмирала Ушакова освободила Ионические острова; русско-турецкий флот помог изгнать французов из Неаполя. Суворов разгромил французских генералов в Северной Италии, но австрийцы предали союзника — оставили без прикрытия русский корпус в Швейцарии. Разгневанный Павел I вывел Россию из коалиции. Бонапарт бросил армию в Египте и тайно бежал во Францию — «спасать республику».
Французская республика вводила свои войска в соседние страны под лозунгами «освобождения народов от тиранов» и установления свободы и равенства. На оккупированных территориях создавались «братские» республики с правительствами из местных якобинцев. Внешне это выглядело как распространение революционных идей — «экспорт революции».
Однако за революционными лозунгами скрывалось банальное ограбление. Новые «братские» правительства обязаны были в первую очередь собирать ресурсы для Французской республики. Контрибуции, конфискация произведений искусства, реквизиции у крестьян — всё это сопровождало «освобождение». Именно поэтому большинство жителей оккупированных стран встречали французские войска враждебно, несмотря на лозунги о свободе.
Победы Франции объяснялись прежде всего военным превосходством республики. Массовые народные призывы дали французской армии численное преимущество над немногочисленными профессиональными армиями монархических держав. Солдаты воевали за «своё» дело — идеалы революции — и отличались высоким боевым духом. Появились талантливые молодые командиры, продвинувшиеся не по родовитости, а по способностям.
Кроме того, решающую роль сыграла разобщённость коалиций: каждая держава преследовала собственные цели — Великобритания захватывала колонии, Пруссия вела себя пассивно, Австрия жертвовала русскими союзниками ради тактических выгод. Провал Второй коалиции стал прямым следствием того, что австрийцы оставили без прикрытия корпус Суворова в Швейцарии, вынудив Павла I выйти из союза.
Слова расходились с делами. Французские войска грабили оккупированные страны, накладывали контрибуции, конфисковывали произведения искусства, реквизировали зерно у крестьян. Поставленные французами «братские» правительства занимались в первую очередь выкачиванием ресурсов для Франции.
Местные культурные и религиозные традиции не уважались. В Египте французы применяли пытки и торговали рабами, хотя у них на родине это было запрещено. В Италии и Бельгии подавлялись народные восстания. Большинство жителей воспринимали французов как обычных захватчиков, тем более возмутительных, что те прикрывали грабёж красивыми словами о «свободе».
Это противоречие обнажает лицемерие революционной идеологии. Декларируя равенство и свободу для европейцев, французские революционеры фактически не распространяли эти принципы на «чужих» — не-европейцев. Египтян они рассматривали как низшую цивилизацию, к которой нормы французского права неприменимы.
Кроме того, война создавала особое психологическое состояние: армия вдали от родины, без надёжного снабжения, в условиях народного сопротивления. Голод, страх и безнаказанность приводили к тому, что запреты, действовавшие дома, переставали соблюдаться. Это показывает, что революционные принципы нередко были не глубоким убеждением, а удобным инструментом легитимации власти.
Как и Первая, Вторая коалиция потерпела неудачу из-за разобщённости её участников. Каждый союзник думал о собственных интересах, а не об общей победе. Английское командование в Голландии использовало русские войска на самых опасных участках, снабжая их по остаточному принципу, — русские несли неоправданные потери.
Решающую роль сыграло предательство Австрии: австрийцы настояли на переброске армии Суворова из Италии в Швейцарию, но не обеспечили прикрытия русского корпуса, с которым он должен был соединиться. Корпус был разбит, армия Суворова оказалась в ловушке и понесла большие потери. Разгневанный Павел I вывел Россию из коалиции, и угроза Франции миновала.
Открыть в интерактивном режиме →