Павел I (1796—1801), десятилетиями отстранённый матерью от власти, взойдя на трон обнародовал Акт о престолонаследии (1797), закрепивший передачу власти по мужской линии. Он централизовал управление, ввёл прусские военные порядки, уволил сотни офицеров и ограничил дворянские привилегии (порка, налоги на имения). При этом указ 1797 г. рекомендовал помещикам трёхдневную барщину в неделю, а одновременно за четыре года Павел закрепостил 600 тыс. крестьян. В 1799 г. появились военно-полицейские ордонансгаузы, заменившие городское самоуправление.
Сын Петра III с детства готовился к престолу, но Екатерина II не допускала его к государственным делам: даже будучи генерал-адмиралом, он лишь подписывал готовые решения. Единственной отрадой стало имение Гатчина с маленькой собственной «армией», где начал карьеру будущий А. Аракчеев.
Долгие годы бездействия и недоверия сделали Павла нетерпеливым и подозрительным. Он не любил мать и стремился изменить её политический курс, тем более что дорогостоящие войны и реформы привели к финансовому кризису — государственный долг равнялся примерно трём годовым бюджетам страны.
В день коронации (1797) Павел обнародовал Акт о престолонаследии, вводивший передачу престола по праву первородства в мужском колене — этот порядок действовал до конца существования империи. Государь максимально централизовал управление и окружил себя исполнительными чиновниками — И. Кутайсовым, А. Аракчеевым, Ф. Ростопчиным.
Борясь с «заразой» Французской революции, Павел вводил мелочные запреты (на вальс, фраки, круглые шляпы) и реформировал армию по прусскому образцу: исключил малолетних «офицеров», уволил семь фельдмаршалов и более 300 генералов, но и проявил заботу о солдатах — ввёл тёплые шинели и пенсии по выслуге.
Хотя Павел не был противником дворянства, он считал недопустимым сохранять порядки, учитывающие только дворянские интересы. В 1797 г. впервые ввели налоги на дворянские имения, восстановили телесные наказания для дворян за уголовные преступления, затруднили выход офицеров в отставку.
Павел отменил многие положения губернской реформы 1775 г. — ликвидировал наместничества, надворные суды, приказы общественного призрения, запретил коллективные дворянские прошения на высочайшее имя, оставив из органов самоуправления только уездные собрания под контролем губернаторов.
С 1799 г. в городах появились военно-полицейские ордонансгаузы, заменившие городское самоуправление; в селениях государственных крестьян ввели волостные правления. При этом Павел за четыре года закрепостил 600 тыс. государственных крестьян (Екатерина за 34 года — 800 тыс.), закрепив за помещиками крестьян Новороссии и Дона.
Манифест 1797 г. рекомендовал ограничить барщину тремя днями в неделю и запрещал работать на помещика по воскресеньям, но был составлен так, что помещики восприняли его лишь как пожелание. Возвращение крестьянам в 1796 г. права присягать императору парадоксально усилило волнения, охватившие 12 губерний и жестоко подавленные.
Долгие годы бездействия сделали Павла нетерпеливым, подозрительным и стремящимся к максимальной централизации власти, чтобы лично контролировать все государственные дела, не доверяя никому полностью — за время его правления сменились четыре генерал-прокурора.
Это также проявилось в его желании немедленно и решительно изменить политику матери: он сразу же издал Акт о престолонаследии, занялся военной реформой и ограничением дворянских привилегий, словно стремясь компенсировать упущенные годы интенсивной деятельностью.
С одной стороны, реформы укрепили дисциплину: были уволены формально числившиеся на службе малолетние «офицеры», введены новые уставы, проявлена забота о солдатах — введены тёплые шинели, школы для солдатских сирот, пенсии по выслуге 25 лет.
С другой стороны, реформы вызвали резкое недовольство офицерского корпуса: были уволены семь фельдмаршалов и более 300 генералов, опальный А. Суворов был отправлен в отставку за критику прусской военной доктрины, а введение чуждых русской армии прусских порядков (узкие мундиры, парики с буклями) воспринималось многими как неоправданное и унизительное копирование иностранных образцов.
Политика Павла к дворянству была противоречивой: он ввёл налоги на дворянские имения, восстановил телесные наказания за уголовные преступления, затруднил выход в отставку и ограничил дворянское самоуправление, что напрямую противоречило Жалованной грамоте дворянству 1785 г.
Цель реформ заключалась в стремлении «подтянуть» распущенное, по мнению Павла, реформами Екатерины дворянство и сплотить его перед лицом Французской революции. «Непросвещённый абсолютизм» означает, что в отличие от политики Екатерины II, прикрывавшейся идеями Просвещения, Павел открыто опирался лишь на неограниченную личную власть монарха, без апелляций к «общему благу» или правам подданных.
Павел продолжил раздачу государственных крестьян помещикам (600 тыс. человек за четыре года), что усиливало крепостной гнёт, но одновременно манифест 1797 г. рекомендовал ограничить барщину тремя днями в неделю и запретить работу на помещика по воскресеньям.
Политика считается противоречивой, поскольку, формально проявляя заботу о крестьянах (возвращение права присяги, рекомендация о трёхдневной барщине), Павел на практике расширял крепостную зависимость, а сам указ о барщине был составлен нечётко, что позволяло помещикам игнорировать его как необязательное «пожелание».
Павел не любил мать, которая отстранила его от государственных дел на десятилетия, и считал, что её дорогостоящие войны и реформы привели страну к финансовому кризису — государственный долг равнялся примерно трём годовым бюджетам.
Он также опасался, что распущенность и привилегии, дарованные Екатериной дворянству, в условиях революционной эпохи в Европе могут привести к подобному французскому сценарию, поэтому считал необходимым укрепить личную власть монарха и навести порядок во всех сферах жизни страны.
Павел ввёл новые Пехотный и Конный уставы по прусскому образцу, переодел полки в новые узкие мундиры, парики с буклями и косой, исключил из службы формально числившихся малолетних дворянских «офицеров» и уволил множество фельдмаршалов и генералов, включая опального А. Суворова.
При этом он проявил заботу о простых солдатах: впервые ввёл тёплые зимние шинели, создал военные школы для солдатских сирот, предоставил право досрочного увольнения отличившимся и земельные наделы (15 десятин) ветеранам по окончании 25-летней службы.
Новым было то, что государство впервые попыталось напрямую ограничить продолжительность барщины и регламентировать отношения помещиков с их крепостными в их же интересах — ранее подобных законов, защищающих крестьян от чрезмерной эксплуатации их трудом, не существовало.
Многие помещики не выполняли указ, поскольку его формулировка («достаточны будут на удовлетворение всяким хозяйственным надобностям») носила рекомендательный, а не строго обязательный характер и не предусматривала конкретного механизма наказания за невыполнение, что позволяло помещикам игнорировать его без серьёзных последствий.
Открыть в интерактивном режиме →