Человек XVII в. жил в переходную эпоху: вера в Бога сочеталась с рационализмом и интересом к светскому знанию. Новые европейские вещи — часы, шкафы, гравюры — входили в дворянский быт. В 1672 г. при дворе появился первый театр. Образцом «нового человека» стал дипломат Афанасий Ордин-Нащокин — выходец из небогатых дворян, поднявшийся благодаря уму и трудолюбию.
Человек XVII в. не осознавал себя «новым человеком»: перемены шли постепенно и облекались в привычные формы. Тем не менее перемены были разительными. В сознании людей укоренялся рационализм: спасение связывалось не только с молитвой, но и с честной службой государю и Отечеству. Книга становилась частью мирской жизни, а знание — самостоятельной ценностью.
XVII в. сформировал человека подвижного, стремящегося к переменам и служебному росту. Дворяне видели в честной службе законный путь сравняться с аристократией. Интерес к Западу нередко выражался в подражании моде. Крестьянство оставалось более традиционным, тяготея к патриархальному укладу. Но и в деревне менялось то, что считалось вечным.
Образцом «нового человека» эпохи стал Афанасий Ордин-Нащокин (ок. 1605–1680) — выходец из небогатых псковских дворян, овладевший в юности несколькими языками. Иностранцы прозвали его «русским Ришельё». Он возглавил Посольский приказ, добился Андрусовского перемирия 1667 г., разработал Новоторговый устав, основал почтовую связь, помог строительству корабля «Орёл».
Ордин-Нащокин открыто критиковал существующие порядки, отстаивал перед царём Алексеем Михайловичем собственную точку зрения. Их взгляды разошлись: боярин считал главным выход к Балтийскому морю и ради него предлагал уступить полякам малороссийские земли. Царь не согласился. В 1671 г. Ордин-Нащокин был отправлен в отставку и постригся в монахи. Этот человек, опередивший время, воплощал тот тип государственного деятеля, который станет нормой при Петре I.
В дворянских домах появились стулья и шкафы, стены украшались парсунами и «немецкими листами» (гравюрами). Состоятельные заводили часы («часомерие стенное с гирями») и глобусы. В 1672 г. при дворе Алексея Михайловича открылся первый театр: первой постановкой стала «Комедия-притча о блудном сыне» Симеона Полоцкого; труппа насчитывала до 70 актёров. Традиция постепенно смягчалась и для женщин: царица Наталья Нарышкина открыто ездила в карете.
Семья оставалась основой жизни: именно с ней был связан социальный статус, она вводила человека в общественную жизнь. Браки заключались рано, родители договаривались самостоятельно. Однако к концу века священники уже должны были «сугубо осведомляться» у молодых, по доброй ли воле они идут под венец. В частных письмах сохранились свидетельства искренней любви супругов — вопреки представлению о браке как о сугубо деловом союзе.
Немецкая слобода (Кокуй) за чертой Москвы, близ реки Яузы, была заселена иностранными военными, купцами и мастерами на государевой службе. Её чистые улочки, опрятные дома с цветниками, балы и маскарады, где женщины участвовали в светских беседах, поражали москвичей.
Знатные русские сначала приходили из любопытства, потом находили в европейском укладе нечто привлекательное. Среди завсегдатаев слободы оказался молодой царевич Пётр, будущий Пётр I. Слобода формировала у элиты интерес к западной культуре и стала одним из живых источников, питавших Петровские реформы. Влияние её было не глубоким философским усвоением, а прежде всего обиходным знакомством с европейской повседневностью.
В быт знати входили: стулья и шкафы (вместо скамей), настенные и карманные часы, глобусы, парсуны и европейские гравюры на стенах. При дворе появился театр, иноземная одежда («венгерский кафтан» при Фёдоре Алексеевиче).
Духовенство относилось к новшествам настороженно или враждебно: европейские «новины» воспринимались как угроза православию и «святорусской старине». Театр считался греховным. Простолюдины в большинстве своём держались традиции, тяготея к патриархальному укладу — новшества были недоступны материально и воспринимались как барская прихоть. Причина общей настороженности — глубокое укоренение религиозного мировоззрения в обществе.
1) Афанасий Ордин-Нащокин — боярин и дипломат, владевший европейскими языками и настаивавший на выходе России к Балтике; 2) Артамон Матвеев — организовал при дворе типографию, первую аптеку, театр; держал у себя иностранцев; 3) Симеон Полоцкий — поэт и педагог из Белоруссии, носитель польско-латинской учёности; 4) Василий Голицын — «западник», фаворит царевны Софьи. При Фёдоре Алексеевиче — Симеон Полоцкий и кружок молодого царя.
Сходство: и в XVI, и в XVII в. православная вера оставалась основой мировоззрения; государственная служба ценилась как высший долг; роль семьи и сословия в жизни человека была определяющей.
Различия: 1) В XVII в. постепенно утверждается рационализм: знание приобретает самостоятельную ценность, спасение всё больше связывается с мирской деятельностью. 2) Человек XVII в. открыт к переменам и видит в служебном росте норму; в XVI в. сословные рамки были жёстче. 3) В XVII в. Европа стала моделью для подражания — хотя бы в быту; в XVI в. это было редкостью. 4) Появились новые жанры (портрет, сатира, театр), которых не знал XVI в.
1) Ум и образованность: с юности овладел несколькими иностранными языками, что открыло путь к дипломатической карьере. 2) Трудолюбие и компетентность: поднялся из небогатых псковских дворян исключительно благодаря личным заслугам — без знатного рода. 3) Принципиальность: был готов отстаивать собственную точку зрения перед царём, не боясь критиковать существующие порядки. 4) Государственное мышление: видел страну в европейском контексте и предлагал стратегические решения. Именно эти качества иностранцы оценили, прозвав его «русским Ришельё».
Открыть в интерактивном режиме →