В XIX в. Ост-Индская компания подчинила всю Индию, используя политику «разделяй и властвуй» и опираясь на раздробленность страны. Главными орудиями эксплуатации служили поземельный налог и монополии, приносившие около 85% доходов Британии. Восстание сипаев (1857—1859) заставило Лондон передать управление Индией непосредственно правительству. В 1885 г. возник Индийский национальный конгресс, объединивший борцов за независимость. Соседний Афганистан после войны 1878 г. стал британским протекторатом, а в 1907 г. англо-русское соглашение разграничило сферы влияния двух держав в регионе.
Индия не была единой страной — огромное этническое, культурное, религиозное многообразие открывало колонизаторам прекрасные возможности для манипуляций. Формальные властители страны — падишахи из династии Великих Моголов — утратили реальную власть. Индийское общество делилось на замкнутые группы — касты, члены каждой из которых выполняли строго определённые виды работ и вступали в брак только внутри своей среды.
Ост-Индская компания, вытеснив французских и голландских конкурентов, за несколько десятилетий с начала XIX в. подчинила всю Индию — частью управляя территориями непосредственно, частью опираясь на вассальные княжества. Главным орудием эксплуатации служили поземельный налог и монополии на соль и опиум, в совокупности приносившие около 85% доходов Британии. К концу XIX в. Индия потребляла 39% всех тканей, вывозившихся Англией за рубеж, хотя традиционное индийское текстильное производство выстояло и к началу XX в. вышло на 4-е место в мире.
В 1857—1859 гг. вспыхнуло восстание сипаев — наёмных солдат из воинских каст. Непосредственным поводом стали захват родины большинства из них — княжества Ауд и слухи о пропитанных свиным и коровьим жиром патронах, оскорблявших религиозные чувства индусов и мусульман. Солдатский бунт перерос в подлинно народное восстание: восставшие взяли Дели, однако были жестоко подавлены английскими войсками.
Извлекая уроки, британское правительство передало управление Индией от Ост-Индской компании специальному «индийскому офису»; страной стал руководить вице-король, назначаемый королевой. В 1876 г. королева Виктория была провозглашена «императрицей Индии», заняв в глазах местных князей место смещённого императора Великих Моголов.
Внедрение английской системы образования и распространение английского языка неожиданно для колонизаторов дали индийцам общий язык для взаимодействия, способствовав осознанию себя единым народом. В 1885 г. возник Индийский национальный конгресс (ИНК). Один из его основателей Дадабхаи Наороджи добивался большей самостоятельности Индии в рамках Британской империи и стал первым индийцем — членом английского парламента.
Радикальное крыло ИНК во главе с Балом Тилаком требовало полной независимости. В ответ на попытку Британии разделить Бенгалию (1905) развернулось движение свадеши — бойкот английских товаров и использование только отечественных. Символом движения стала прялка; доходы англичан от продажи текстиля ощутимо упали. Идеи свадеши и ненасильственного сопротивления получили дальнейшее развитие у Махатмы Ганди.
Афганистан — страна воинственных пуштунов, никогда прежде не покорявшаяся захватчикам, — стал ареной англо-русских противоречий. В XIX в. эмир Дост Мухаммад объединил разрозненные княжества, подчинив Кандагар и Герат. Его преемник Шер Али-хан проводил административные реформы, однако столкнулся с давлением Британии, стремившейся использовать Афганистан как форпост Индии против русского продвижения в Средней Азии.
В результате Англо-афганской войны 1878 г. страна фактически лишилась независимости, превратившись в британский протекторат. Взаимные подозрения двух держав подталкивали обе стороны вперёд: Россия двигалась на юг, Англия — на север. В итоге в 1907 г. было заключено англо-русское соглашение, разграничившее сферы влияния в Афганистане.
Главным орудием эксплуатации Индии служил поземельный налог, а также монополии на соль и опиум — в совокупности они приносили около 85% доходов Британии. Помимо этого, Индия использовалась как огромный рынок сбыта английских фабричных товаров: к концу XIX в. она потребляла 39% всего британского текстильного экспорта, что разоряло индийских ткачей.
Индия также служила важнейшим источником пополнения британской армии: свыше 200 тысяч индийских солдат полностью оплачивались из индийского бюджета и использовались Британией в военных операциях по всему миру.
Восстание заставило британские власти провести серьёзные реформы управления. Контроль над Индией был изъят у Ост-Индской компании и передан специальному «индийскому офису» британского правительства; страной стал руководить вице-король, назначаемый королевой. Была реформирована армия, а при губернаторах провинций созданы совещательные органы с участием местного населения.
В 1876 г. королева Виктория была провозглашена «императрицей Индии», что укрепило её символический авторитет в глазах местных князей. Вместе с тем память о восстании сплотила индийцев: события 1857—1859 гг., получившие название «великого народного восстания», дали импульс национально-освободительному движению.
Британия стремилась подчинить Афганистан прежде всего из стратегических соображений: он должен был служить буфером, ограждающим Индию от возможного продвижения России в Средней Азии. Чем ближе российские войска подходили к афганским рубежам, тем настойчивее Лондон добивался установления контроля над этой страной.
Таким образом, Афганистан превращался в «форпост» британской Индии. После Англо-афганской войны 1878 г. он стал протекторатом Британии, лишившись самостоятельной внешней политики. Ситуация окончательно урегулировалась в 1907 г. подписанием англо-русского соглашения о разграничении сфер влияния.
Непосредственной причиной движения свадеши стала попытка британской администрации в 1905 г. разделить Бенгалию по религиозному принципу — на индусскую и мусульманскую части. Индийцы расценили это как очередное применение политики «разделяй и властвуй» и ответили организованным протестом.
Лидеры ИНК во главе с Тилаком призвали бойкотировать британские товары и развивать собственное производство. Движение опиралось на давние традиции ремесленничества и быстро охватило широкие слои общества: доходы Британии от продажи текстиля в Индии ощутимо упали. В долгосрочной перспективе идеи свадеши стали основой для ненасильственного сопротивления Махатмы Ганди.
Подобные высказывания служили идеологическим оправданием колониализма: изображая покорённый народ «неспособным» к самоуправлению, колонизаторы представляли своё господство как «цивилизаторскую миссию», а не как захват и эксплуатацию. Это помогало успокоить общественное мнение в самой Британии и легитимизировать систему неравноправия.
Деление народов на «господствующие» и «подчинённые» не является ни верным, ни справедливым. Покорение Индии объяснялось не природными свойствами её населения, а историческими обстоятельствами: раздробленностью страны, военно-техническим превосходством Британии и умелым использованием внутренних противоречий. Индийцы неоднократно доказывали способность к организованному сопротивлению и в итоге добились независимости.
Каста — замкнутая наследственная группа людей в индийском обществе, объединённая общим происхождением, традиционными занятиями и правилами поведения. Члены касты вступали в брак только внутри своей группы и выполняли строго определённые виды труда, передаваемые из поколения в поколение.
Примером, конкретизирующим это понятие, служит восстание сипаев 1857 г.: одним из поводов к нему стали патроны, якобы пропитанные свиным и коровьим жиром. Солдаты-индусы относились к кастам, запрещавшим осквернение коровьего жира, а солдаты-мусульмане не употребляли свинину — кастовые и религиозные запреты оказались непосредственной причиной военного бунта.
Верещагин явно иронизирует и осуждает двойные стандарты европейского общественного мнения. Описывая расстрелы восставших из пушек как нечто делавшееся «так, как принято у цивилизованных народов, без суеты», он использует горькую иронию: за внешней «цивилизованностью» скрывается не меньшая жестокость, чем у осуждавшихся за бесчинства турок.
Художник подчёркивает, что расстояние (Индия, а не Европа) и масштаб делали британские жестокости менее заметными для общества, но не менее чудовищными. Тем самым Верещагин ставит под сомнение само понятие «цивилизованного» колониализма и «прав победителя».
Открыть в интерактивном режиме →